Дневник паломника Нины Васильченко

В рамках фестиваля духовного творчества «Исток» поэзия Нины Васильченко предстает как масштабное и многогранное полотно, на котором автор с удивительной искренностью и мастерством прослеживает путь современного человека к Богу. Это не просто сборник благочестивых стихов, а настоящая карта души, где маршруты пролегают через святые земли Иерусалима, тихие греческие острова и исчезающие деревни русской глубинки. Подборка стихов демонстрирует редкую широту взгляда, объединяя глобальную историю и глубоко личную исповедь.

Стихотворение «Паломник долго и упорно…» задает тон всей подборке. С первых же строк возникает контраст между древним образом паломника, идущего к святыне «под снегом, проливным дождем», и современностью с ее комфортом: «Чай, кофе, сэндвич, плед, бекон». Этот контраст — не обличение, а отправная точка для главного открытия. Васильченко показывает: подлинная встреча со святым не зависит от километража и трудностей пути. Она происходит в тот момент, когда душа, ступив на эту землю, вдруг обретает ясность: «И только здесь я понимаю / Зачем живу, зачем дышу…». Так древний путь в три тысячи лет сжимается для современного человека до трех часов полета, но его духовная суть остается неизменной.

Эта неизменность становится центральной темой. В стихотворении «Город мой Иерусалим!» автор создает величественный и в то же время очень теплый образ священного города. Это гимн единству, где многоголосая «пестрая река» людей течет по «камням времени Христа». И над всем этим историческим смешением возвышается главная истина: именно здесь Спаситель «Чистой Кровью / Породнил нас всех». Поэзия Нины Васильченко здесь достигает высокой торжественности, но без тени пафоса, наполняя строки подлинной любовью.

Однако духовный путь — это не только созерцание святынь. Это еще и постоянная внутренняя борьба, о которой автор говорит с обезоруживающей честностью. В стихотворении о святителе Спиридоне лирическая героиня предстает как «вечно сомневающийся путник», слабый человек, чьи силы поддерживают лишь «соломинка любви и слабый лучик веры». Но именно в этой точке предельной уязвимости происходит чудо. Встреча со святым и таинство Причастия описываются не как спокойный ритуал, а как мощнейший духовный взрыв: «Причастье как глоток ликующего счастья, / Сжигающего смерть и душ греховный плен». Это одна из самых сильных и точных метафор преображающей силы веры во всей подборке.

Тема несокрушимости веры находит свое отражение и в земных, порой трагических реалиях. Стихотворение о разрушенном храме в Свистуновке — это реквием по уходящей России и одновременно гимн ее несгибаемому духу. Образ храма, который не смогли уничтожить ни время, ни взрывчатка («Дым рассеялся, / А храм был невредим!»), становится мощнейшим символом. Поврежденный, он заставляет людей обходить его глыбы стороной, чувствуя его невидимую силу.

Завершающее стихотворение цикла возвращает читателя на улицы Иерусалима. Это уже не просто паломничество, а глубокое философское размышление. Время здесь остановилось: «Здесь время встало и назад пошло…». На фоне этой вечности суетится человечество: рыбак ловит рыбу, нищий просит хлеба. И в этот момент происходит главный сдвиг — от внешнего наблюдения к внутреннему покаянию. Вопросы «А где же ты? Где я? Кто мы такие?» приводят к горькому и важному выводу о нашей чуждости этому миру и личной причастности к великой трагедии: «Они распяли, Господи, Тебя».

Таким образом, поэзия Нины Васильченко представляет собой цельный и глубокий разговор о вере в XXI веке. Духовный путь современного человека сложен и противоречив: он пролегает через комфорт самолетов и руины забытых храмов, через личные сомнения и моменты высочайшего духовного подъема. Но главное — этот путь всегда ведет к единению: с Богом, с ближними и с самим собой.

Антонина Рыжих,
Председатель Общественной палаты
Россошанского муниципального района

Паломник долго и упорно
К святым местам молиться шел,
Студеным утром, жарким полднем,
Под снегом, проливным дождем.

А мы с тобою в самолете-
Чай, кофе, сэндвич, плед, бекон-
За три часа с большим комфортом-
В аэропорт Бен Гурион.

Израиль, земля обетованья,
В тебе начало и конец.
Иерусалимские преданья.
Здесь жил Спаситель и Отец…

Земля Христа. Ты вся святая!
Ты дом, что блудный сын забыл.
На крылья бережно качая,
Несет нас Боинг в Тель-Авив.

Тысячелетья разрушали
Дома, границы, города,
Но неизменными остались
Земля и воздух, и вода…

На землю бережно ступая,
Припасть к ней с трепетом спешу-
И только здесь я понимаю
Зачем живу, зачем дышу…

* * *
Город мой Иерусалим!
Ты сегодня стал родным.
Ты – небесный, ты – земной,
Древний, вечно молодой.
Старый город, мостовые,
Камни времени Христа…
Ручейки объединяя
Льется пестрая река…
Вавилонское смешенье
Здесь бессильно: мы – семья…
Здесь Спаситель Чистой Кровью
Породнил нас всех, друзья…

***
Я – вечно сомневающийся путник,
Бреду одна – и в зной, и в дождь, и в снег.
Соломинка любви и слабый лучик веры
Не в силах мне помочь –
Я слабый человек.

Но у мощей святого Спиридона,
Подхваченная мощною волной,
На высоте духовного подъема
Я воспаряю над самой собой

Святитель Спиридон раскрыл свои объятья,
И нас поднял с колен, и слезы вытер всем.
Причастье как глоток ликующего счастья,
Сжигающего смерть и душ греховный плен…

***
Разрушали в Свистуновке храм.
Он безгласным был, он был без крыши.
На бугре, открытый всем ветрам,
Он хранил России прошлой душу…

Под фундамент, словно под ребро
Подкопав, насыпали взрывчатку.
И рвануло так на все село,
Что звенели стекла в Ольховатке…

Дым рассеялся,
А храм был невредим!
-Может дело в качестве раствора,
-А быть может зря это творим,-
Слышались такие разговоры.

Трижды подступали. Наконец
Пал красавец в землю головою.
Глыбы монолитные его
Люди обходили стороною…


Свистуновка, бедная моя
Старенькая, ветхая, в печали
Три двора, нет школы, нет села.
Ты без Бога выживешь едва ли…

***
О чем ты думаешь, шагая мостовою,
Отполированной и гладкой как стекло.
Насечки для копыт, базар по краю,
Здесь время встало и назад пошло…
Рыбак на берегу все так же ловит рыбу,
И нищий руку тянет за углом.
Гортанна речь. Бедняк доволен хлебом.
Пастух в пустыне ходит за скотом…
А где же ты? Где я? Кто мы такие?
Скользим по глади сонной бытия.
Враждебен мир. Мы здесь ему чужие
Они распяли, Господи, Тебя.

---

 Фоторепортаж