Духовная исповедь: поэзия Веры Алексеенко

Поэзия Веры Алексеенко, публикуемой под псевдонимом, Маша Веран До, — это предельно честная и глубокая духовная исповедь. Ее стихи лишены какой-либо позы или самолюбования; это крик души, обращенный напрямую к Богу, разговор на пределе человеческих возможностей. Автор не боится обнажать самые темные уголки своего «ветхого человека», свои сомнения, грехи и боль, чтобы через это покаянное саморазоблачение прийти к свету Встречи. Это поэзия крайностей: от бездны отчаяния до вершин благоговейной любви.

Цикл открывается стихотворением «Встреча», которое задает главную тему всего творчества — мистический опыт личного богообщения. Вера здесь — не доктрина и не набор правил, а живое, почти физическое событие. Образ вторжения Бога в человеческое сердце передан с невероятной силой: «Ты сам приходишь... И все Собою вмиг преисполняешь». Эта встреча настолько ошеломительна, что она находится «вне образов и смыслов вне», подобно тому, как плавятся свечи в храме, теряя свою форму от огня. Стихотворение фиксирует момент перехода, когда личное «я» растворяется во всепоглощающем Божественном присутствии.

С этим опытом неразрывно связан мучительный конфликт, описанный в стихотворении «Вы в Боге». Лирическая героиня осознает колоссальный разрыв между собой и тем, кто уже пребывает в свете. Ее внутренний мир — арена борьбы: «Сопротивляется мой ветхий человек». Этот образ многогранен: он и «живучий, семижильный, многотонный», желающий все «объять, пощупать, истоптать», и одновременно жалкий и смердящий мертвечиной («до сей поры смердит»). Поэтесса использует смелые, почти физиологичные метафоры, чтобы передать жгучую жажду веры, которая превращает божественную любовь в страстный эрос, требуя немедленного единения.

Стихотворение «Пещера» представляет собой блестящую аллегорию человеческой души. Мир вокруг остается неизменным в своей суете, но спасение возможно лишь внутри себя. Темная пещера, подобная каменному сердцу, способна вместить в себя Христа, и этот акт внутреннего принятия способен преобразить самую грубую руду в алмаз и сменить вечную ночь на рассвет. Здесь автор показывает путь из внешнего мира во внутреннюю пустыню, где и происходит главная встреча.

Особой силы достигает поэтическое осмысление догмата Боговоплощения в стихотворении, начинающемся со строк «Ты здесь, мой Спаситель, в другом, и во мне». Автор соединяет евангельскую историю с личным опытом, видя присутствие Христа не только в исторических событиях, но и в самом центре собственного существа — «средь реберных стен и кричащих пороков». Отсылка к Симеону Богоприимцу подчеркивает эту преемственность: как старец ждал встречи с Богом на склоне лет, так и душа поэта ждет ее всю жизнь, чтобы обрести покой.

Поэзия Маши Веран До — это непрерывный диалог с Творцом, полный боли, сомнений, но и безграничной надежды. Она не приукрашивает свой путь, показывая его как борьбу с собственной тьмой, как попытку найти дорогу домой после того, как была обращена в соляной столп за непослушание. Но именно эта предельная искренность делает ее творчество таким пронзительным и настоящим. Это голос современного человека, который ищет Бога не в абстрактных высотах, а в глубине своего сердца, среди всех своих несовершенств, и находит Его там.

Антонина Рыжих,
Председатель Общественной палаты
Россошанского муниципального района

Маша Веран До (Вера Алексеенко)

 

 ВСТРЕЧА

Ты сам приходишь. В час, какой не знаю.

Когда не жду, но бесконечно жду.

И все Собою вмиг преисполняешь.

И в ритм сердца светлую волну,

Решительно, но бережно пускаешь.

И кажется порой, что не переживу

Вторжения, вернее Встречи.

После которой уж не я живу,

Но Ты во мне. А дальше все вне речи.

Вне образов и смыслов вне.

Так плавятся в Кафоликоне свечи.

От ласки пламени извне.

И мутное стекло, омытое слезами,

Не искажает больше утренний пейзаж.

И девство уст, не опорочено словами.

И счастье частью быть хотя бы час.

***

Вы в Боге, ангел мой! Я нет!

Сопротивляется мой ветхий человек.

Живучий, семи жильный, многотонный.

Глядит в зрачках проем оконный.

И все ему желается объять.

Попробовать, пощупать истоптать.

Готов поверить лжи, и мордой в лужу

Упасть. В огонь, а следом в стужу.

Вы драгоценный диамант, александрит.

При вас, все потаенное во мне болит.

От сказанного в духе вами Слова

Кровь в венах плавиться быстрее олова.

И если Лазарю был выписан кредит,

То мертвое во мне до сей поры смердит.

Агапэ обращая в жгучий эрос

И серебро в размен. На мелочь.

Так помоги, Создатель мой, пройти сквозь ад себя.

И обрести на самом темном дне Тебя.

 

Пещера

А в мире та же суета,

И те ж проклятья, и лобзанья,

И так же нету для Христа

В нем места, как в века преданья.

 

И лишь пещера, что темна,

И что собой являет камень,

Точь-в-точь, как и моя душа,

Младенца в чрево свое манит.

 

Но чуть коснется камня Свет,

Собой Он все преображает,

Руду в алмаз переплавляет

И ночь, сменяет на рассвет.

 

***

Ты здесь, мой Спаситель, в другом, и во мне.

На самом глубоком, замыленном дне.

Средь реберных стен и кричащих пороков,

В сердце блудницы, врага и пророка.

Тебя Симеон ожидал сотни лет,

Взирая на небо, уставший от бед,

И от потерь всего, что любилось

До тех самых пор, пока обратилось.

Слово Предвечного в тварную плоть.

При мысли о б этом пальцы в щепоть

Сами сбираются в благоговении

И тихая поступь благословенья...

Отныне отпущен и мой страшный грех -

Тобою мой Бог и во всем Человек.

***

Где я Господи? Нет меня, нет!

Словно морской волной смыло вчерашний след.

Ведь помню, как небо пробила дерзким своим каблуком.

Помню, глаза Твои, перед моим искаженным от боли лицом.

А вот сказала кому не поверили.

Крутили висок.

Решили катарсис мол, или пост стрессовый шок.

А Ты дал мне свечу, сказал: "Идем за мной!

Только не оборачивайся,

чтоб не случилось, как с Лота женой."

Помню Господи, какие песни Тебе слагал Соломон?

Тогда Захария еще не входил на амвон,

А он мальцом знал Тебя, как и отец Давид.

А от меня, Боже за четыре версты смердит.

Вот и обратилась, точь-в-точь соляным столбом.

Всякий раз пред священником, как пред страшным судом.

И кто мне ослепшей укажет дорогу домой?

Знаю одного! Да боюсь не свяжется он с такой.

Белый голубь в небе закручивает спираль

Утоли Господи души по тебе печаль.

Как сказал мне старый и верный друг.

Мы все либо в Пасхе, либо горим в аду.

 

*** Сокровище***

Твой Боже человек - сокровищем во мне!

Я обнимаю его крепко. Тела вне!

Всем сердцем, мыслью, чувствами шестыми.

В Тебе одном мы чувствуем себя живыми.

 

Он воин Духа, а я жалкий лицедей.

Но разве есть душа, что кажется родней.

В сей миг. В сей час. На век! Имеет ли значение?

Когда мы нити в ткани Твоего плетения.

Когда для вечности ты вылепил из праха.

Его, меня... И всех воззвал без страха

К любви и жизни! К радости, небес.

Когда Ты в каждом чистом сердце Сам воскрес!..

---

 Фоторепортаж