Собственные произведения под псевдонимом Антонины Быстрых

Написать рецензию на собственные произведения, публикуемые под псевдонимом Антонины Быстрых — задача действительно непростая, требующая взгляда со стороны и одновременно глубокого погружения в собственный творческий мир. Это попытка не просто проанализировать тексты, но и осмыслить тот путь, который стоит за ними.

Для меня духовная поэзия никогда не была отвлеченным жанром или упражнением в благочестии. Это всегда предельно личное переживание, документ внутренней жизни, где каждая строка оплачена подлинным чувством. Стихи рождаются из живого опыта соприкосновения с Божественным, а этот опыт редко бывает умиротворяющим. Чаще он обжигающий, как огонь неопалимой купины, заставляющий увидеть собственное несовершенство во всей его неприглядности. Именно это осознание собственных слабостей и грехов, и дает тот самый главный импульс — жить иначе, искать свет, стремиться к покаянию и преображению.

Мое обращение к этой теме началось очень давно. Одно из первых стихотворений на этом пути — «Тропинка к храму», написанное еще в 2005 году. В нем я пыталась отразить двойственность человеческой веры: искреннее стремление души к Богу и одновременно присутствие в ней циничного, торгашеского начала. Этот контраст между чистым порывом и приземленным расчетом до сих пор кажется мне одной из самых честных попыток описать состояние современного верующего человека.

Духовное творчество для меня — это диалог. Диалог с собой, с читателем и, прежде всего, с Богом. Я глубоко благодарна за возможность быть услышанной. Отдельные слова признательности хочу адресовать иерею Иакову Калинину, секретарю Россошанской епархии. Его поддержка, мудрое наставление и деятельная помощь в организации фестиваля духовного творчества «Исток» стали для меня огромной ценностью и вдохновением.

Антонина Рыжих,
Председатель Общественной палаты
Россошанского муниципального района

Тропинка к храму

В обрывках серого тумана
Среди хлопот и беготни
Как встарь, без боли и обмана,
Зажгутся желтые огни,

Заплачет воск, и в воскресенье
Нам будут петь колокола,
Начнется в храме песнопенье –
Воздастся Господу хвала.

С мольбой о сущем и защите,
Смиренно голову склоня,
Все вторят слову: "Не судите!
Простите грешного меня!"

Прости... и будем словно дети,
Мы все друг другу брат-сестра.
Ах! Как чудесны узы эти!
И жизнь к несчастному добра!

И этот мир наполнен светом,
Стремится к ангелам душа!
Но вдруг… нечаянным сюжетом
Легла молитва торгаша.

«Мой Бог! Хвала Тебе и слава!
Ты всемогущ, а я лишь раб…
И вновь, в залог святого права,
К Твоим ногам припасть я рад.

Мой скромный дар: Тебе на милость
Пусть воссияет новый храм,
Такой, что даже и не снилось
Другим обманутым богам.

Взамен прошу Твоей защиты,
В делах успех и благодать.
Ты мне, а я Тебе… Мы квиты.
Согласен Ты? Так дай мне знать!»

Стоит пред ликом на коленях,
Торгуясь с Богом о правах;
Услышав «да» в своих моленьях,
Считает выгоду в деньгах.

Торгаш без трепета волненья –
В делах сомненья ни к чему –
Шепнул в дверях для утвержденья:
«Я верю Слову Твоему…»

И по привычке, для традиций,
На всякий случай, на потом
В век человеческих амбиций
Он осенил себя крестом.

Молитва

О, Господи! Позволь, в плечо уткнувшись,
Плакать. Не выжимать остатки сил.
В телесной немощи душе заблудшей
Покой во благе света обрести.

Коль есть закон превыше воли правды -
Принять его смиренно научи,
Чтоб в гневе бунта не искать услады...
Понять. Простить. И от обид уйти.

Боже мой, во власти стада и толпы
Ты скорости речей язык лиши:
В словах не билась о чужие лбы,
Не возроптала б в черствости души.

Прошу ни сил и ни ума не надо.
И твердость духа нынче не прошу.
Покорность, мягкость - для меня награда.
Без слабости свою я ношу не снесу.

Утро на Валааме

Небесная паства седых облаков
Во сонме лучей восходящего солнца
Искала приюта среди берегов
Святых куполов Валаама.
Вот-вот на сосны она обопрется
Раскатом прошепчет: "Устала!

Устала блуждать в угоду ветрам
И рваться на части без смысла,
И выход искать где-то там
На грани, кончающей жизни!"
Вот-вот прольется дождем. Нависла
Чернеющей болью на тризне.

"Не смей!" - отвечал Валаам,
Серебряным звоном взывая к молитве.
К сердцам он взывал и умам,
Омытых печалью и ныне, и присно.
Вдруг стихло. В не начавшейся битве
Луч солнца сиял живописно.

Сквозь облака, покоя не знавших,
Свет благодатный стремился к земле,
Страждущих духом, телом ослабших
Он окрылял. И надежду вселяя,
Небесная паства в белом огне
Вновь уплывала... Прекрасно живая.

 
В обители тихой

В обители тихой под сенью Христа
К старцу в смятенье пришла за ответом:
"Скажи же мне, отче, любовь - что она?
В чем тайна души, озаренная светом?"

Старец помедлил и в раздумьях сказал:
"Любовь есть терпенье, дитя, без сомненья.
Сей дар нам Господь по щедрости дал,
И в том обретаем мы жизни значенье.

Великое счастье, когда рядом есть тот,
Кого терпеливо ты можешь прощать,
И кто, не взирая на бури и гнет,
Продолжит с заботой тебя согревать.

Тогда вопросила, лукавая, вмиг:
"А Господь нас, скажи, любит? Иль терпит?
Он видит паденья, грехов наших крик,
Но боль бессердечно никак не извергнет".

Старей вздохнул и ответил ей кротко:
"Дитя, милость Божья без меры и края.
Бога оставив, ты словно сиротка,
Хоть с почестью люди тебя окружают.

Он терпит нас, грешных, и ждет у себя,
И в каждой ошибке протянет нам руку.
И даже когда от тебя отвернуться друзья,
Лишь Бог вновь разделит разлуку.

Не это ли тайна любви настоящей?
Не это ли свет, что во тьме нам сияет?
Любовь - это дар, в простоте говорящий:
Он не отвергнет тебя, не оставит..."

О покаянии и прощении

Среди свечей, горящих в храме,
Сквозь шепот просьб и крик мольбы
Хочу понять: зачем обиды между нами?
Мы разве так несчастны и слабы?

И в душу вновь вонзится нож,
Терзая болью, память бередит:
- За что? Зачем? А сердце не зашьешь,
Когда оно изранено. Болит.

— Как глупо: жаждешь извинений
И фраз формальных, даже слов,
Забыв о том, что в тысяче решений
Обидчик выбрал верное одно.

Он посчитал: так будет лучше,
С тобой так можно поступить.
Возвысится и станет круче -
И разве это хочешь изменить?

- О, нет, счастливым будет пусть
И пусть добьется своей цели…
- Простишь? Заглушишь грусть?
И боль ушла так скоро? Ужели?

- Еще болит. Урок обид усвоен прочно.
Но не желаю я судьбы плохой.
Пусть будет счастлив и заочно
Не знает бед, идущих за виной.

Ведь осознав вину, несешь клеймо
Порой страшней самой обиды,
Для сердца в жизни тяжкое ярмо,
Когда и о прощении забыто.

---

 Фоторепортаж